Пастельный зелёный

Лето в Сиракузском университете начинается аккурат после выпускного. Назавтра же затевается какая-то стройка века, полбиблиотеки на ремонте, график работы сотрудников смещается на полчаса назад, кампус практически вымирает, а солнце начинает игриво припекать своими лучами мои хрупкие и мёртвенно-белые плечи. Чуть больше месяца прошло с того дня, как вернулся из побывки в Беларуси. В этот короткий приезд, как всегда, позаботился о зубках, повидался с близкими друзьями, наведал бабулю, позанимался социальными активностями.

Читать далее

Докторская программа в Сиракузах

С осени 2017 года я снова начну учиться, в этот раз в статусе докторанта. Остаюсь ещё на несколько лет в добрых, умиротворённых и вкусных Сиракузах. Неформальное письмо о зачислении кафедра прислала 13 февраля, но быть зачисленным одно, а получить финансирование — другое. Варианта три: (1) получить по конкурсу полное финансирование на 3 года ($1600 в месяц), (2) получить по умолчанию позицию ассистента профессора: 20 часов работы в неделю на кампусе ($1200 в месяц), (3) оплачивать докторантуру из своего кармана ($60 000 в год). По этому показателю и множеству других сие решение для меня непростое.

Spring Summer Crouse Maxwell Tolley HL Hall Of Languages Exterior Roof

Кампус Сиракузского университета (источник)

Читать далее

Головешки, источающие ваниль

В субботу 04 марта повезло попасть в город Баффало, близ которого удобно разместилась граница с Канадой и Ниагарский водопад. Моя добрая знакомая Хезер хотела посмотреть какой-то чемпионат по плаванию, ведь там плавал её бывший ученик (Хезер в прошлом была и и учителем, и тренером по плаванию в старших классах средней школы). Он выступил неважно, но потом подошёл к Хезер, обнял её, сказал, мол, да, выступил неважно, но это его третий по рейтингу показатель за все его плавательные чемпионаты. Я восхитился такому отношению — очень американскому — к самому себе: да, не вошёл в первую восьмёрку, хреново, но зато это мой личный и очень даже хороший показатель.

Читать далее

Клавиша черепицы

Февраль в Сиракузах своенравен и щедр. На прошлой неделе город приютил у себя и метель, и оттепель. Мело порывисто и противоречиво, а в воскресенье романтично капало с крыш. В воскресенье я топтал центр города и заглядывал на огонёк в сиракузские музеи, а погода напоминала Бориса Пастернака: «… Зима подходит к середине, / Дороги мокнут, с крыш течёт, / И солнце греется на льдине» («Единственные дни»). Был ли Пастернак после смерти в Сиракузах?..

Читать далее

Загривок чернильницы

В этом году в феврале я не доставал чернил и не плакал, несмотря на то что Борис Пастернак был категоричен и однозначен: «Февраль. Достать чернил и плакать! / Писать о феврале навзрыд, / Пока грохочущая слякоть / Весною чёрною горит», 1912). Моё настроение поддерживается тягучей занятостью и новыми знаниями. Внедавне смотрел фильм о скульпторе Лоренцо Бернини (тот ещё сукин сын, но восхитительно талантливый и такой весь католический). Посмотрел нашумевший мюзикл «Ла Ла Лэнд», во время которого я, как и главная героиня, думал о том, что в голове угнездилась большая идея, но пока что не имею малейшего представления о том, как её воплощать в жизнь. Из размышлений о тщете бытия вырвал давно ожидаемый диплом об окончании Сиракузского университета.

Читать далее

Джутовые орешки

Я давно заметил, что успешные люди редко сидят сложа руки, позволяя событиям с ними случаться. Они сами берут и создают события.
Леонардо да Винчи

It had long since come to my attention that people of accomplishment rarely sat back and let things happen to them. They went out and happened to things.
Leonardo da Vinci

Читать далее

Серийный трудоголик

На самом деле, я хронический лентяй. Что доказывает недавнее письмо из белорусской налоговой, где на меня направлены остроконечные инсинуации в том, что тунеядец. Нужно было опровергнуть — поставить шах и мат в один ход. Методично собрал всевозможные документы в том, что в 2016 году не был и не мог быть в РБ, ничего не переводил на русский, предоставил всё, что считал нужным. От тунеядства освободили, но освободили за 2015 год. Как-то там они сверили с пограничниками, установили даты въезда-выезда из страны и постулировали, что иждивенчества в моей жизни не замечено. Славно, отрадно и трогательно. Конечно, абсурд: от дурацкого закона страдает простой человек, а не те, кто реально уклоняется от налога. Думаю, когда вымрет советское мышление, сменится и подход к экономике, а о тунеядстве будут вспоминать с глухой иронией.

Читать далее

Бубенцы звенят

Edgar Poe, The Bells (1849)
Hear the loud alarum bells-
Brazen bells!
What a tale of terror, now, their turbulency tells!
In the startled ear of night
How they scream out their affright!
Too much horrified to speak,
They can only shriek, shriek,
Out of tune…
Эдгар По — «Колокола»
Слышишь, — рушит мирный сон
Медный звон!
Он ужасное вещает: стар и млад им пробужден!
В уши тугоухой ночи
Изо всей вопит он мочи!
Рёв испуга страшен, дик,
Бессловесный крик, крик,
Вопль медный.
(перевод Михаила Александровича Донского)

Читать далее

Мерила и коэффициенты

Я учу английский язык двадцать лет, из них усердно – четырнадцать (с 8 класса). Каждый день, читая замечательные газеты или художественные тексты на английском, продолжаю знакомиться с новыми словами, фразами, оборотами речи, но не могу стряхнуть кандалы русского языка. Вот уж правда, что язык и мышление тесно и неразрывно связаны. С другой стороны, именно потому, что много работаю над языком, знаю, что он несовершенен у всех, кто изучает английский как иностранный.

Читать далее

Хроника Сан-Франциско

ЧАСТЬ 1. ПАНОРАМА СВЫСОКА

Чарующую магию Сан-Франциско я с приятной грустью оценил, когда едва за полдень самолёт вырвался из тисков гравитации и покинул аэропорт. Город лежал как на ладони: усеянный пятьюдесятью двумя холмиками со зданиями, которые вырастают тем выше, чем ближе пробираешься к набережной. Солнце идеально освещало светлокаменные джунгли, на небе не было ни тучи, я в последний раз созерцал планировку «золотого города» и обгонял время. Даже свысока я чувствовал вибрации пространства – хотя золотая лихорадка 19 века позади, золото здесь осталось в виде пленительных закатов и в виде золотого тельца: как ни крути, именно здесь добывают золото компьютерные компании.

Читать далее